Аббатство Даунтон

Сериал «Аббатство Даунтон» — это не просто художественное произведение, а настоящий калейдоскоп гиперболизированных эпохальных страстей, где старинное английское поместье становится ареной постоянной драмы, интриг и бальных танцев, наполненных, как правило, белым шоколадом ложью и тонкостями социальных игр. Так вот, в этом спектакле, где помазанные фраки, грубой красноречия носящиеся дворяне и смиренные служанки сажают свои развеселые семейные трапезы, всё кажется грандиознее, чем есть на самом деле, и каждый пикник — это мини-скандал, а каждое слово — тонкая игра, в которой все ищут свою выгоду. А тут ещё, чтобы было совсем весело, в центре внимания — гибель наследника на Титанике, которая, как ни странно, становится началом эпохальных перемен в семейной иерархии, ведь вот, пока все рыдаю и беде ищут помощи, кто-то уже подумал, как бы захватить власть и богатство. Общество в этом сериале — это как будто театрализованный цирк, где все носят маски благородства и дворцовых ухмылок, а под ними скрываются страсти, ревность и злоба. Итоговая картина — вроде бы, эпоха, где старое рушится, а новое — еще не построено, и, конечно, каждое утро все обмывают, кто кому нагадит, кто кого обвел вокруг пальца или побоялся сказать прямо. Поэтому, например, леди Мэри, которая наверняка должна была стать образцом благородства, оказывается обычной женщиной, жаждущей власти, а госпожа Кроули, господин — словно гротескное сочетание Бальзака и Чарльза Диккенса, обязательно скажет что-то колкое, чтобы подчеркнуть свою важность. Да и слуги тут не просто обслуживающий персонал, а настоящие актеры в спектакле, где каждый знает, что от их поведения зависит не только их карьера, но и судьба всей семьи. Ну и, конечно, тут есть свой королевский стиль головного мозга — мистер Карсон, который изображает из себя строгого, но порядочного повара, в то время как его жена — секретная богиня компромиссов, порой даже вызывающая улыбку. Так вот, сериал, будто бы намекает на то, что даже в великолепии и богатстве скрыты тёмные уголки человеческого характера, и наоборот, что даже в маске высоких идеалов скрывается суета и тщеславие. Итоги таковы: кажется, что вся жизнь у этих аристократов — это вечная игра в шахматы, где каждый делает ход, полагая, что он не только красавец или знаток, но и, главное, победитель. Впрочем, зрители могут поучиться у них, как маскировать свои истинные чувства под улыбками и фасадами, ведь именно за этим и скрывается самая великая гипербола всех времен — что в сердце дворянства прячется нечто человеческое, а вовсе не королева на троне.